Житие священномученика Серафима (Чичагова) ---  
 

Житие священномученика Серафима (Чичагова)(к 75-летию кончины)

В сонме новомучеников Русской Православной Церкви особое, лишь одному ему присущее место, занимает священномученик Серафим (Чичагов). Его замечательная личность запечатлелась в отечественной истории самыми различными образами: родовитый русский аристократ; блестящий гвардейский офицер; благочестивый православный мирянин; ревностный приходской священник; самоотверженный монастырский игумен; талантливый церковный писатель и, наконец, строгий, но заботливый архиерей... В историю же русской святости святитель Серафим вошел, прежде всего, как мужественный исповедник, увенчавший свое архипастырское служение и свой исповеднический подвиг мученической смертью истинного Христова свидетеля.
Священномученик Серафим (в миру Леонид Михайлович Чичагов) родился 9 января 1856 г. в Санкт-Петербурге, в семье артиллерийского полковника, принадлежавшего к одному из знаменитых дворянских родов старой России. Следуя семейной традиции, юный Леонид Чичагов, после нескольких лет обучения в Первой Санкт-Петербургской военной гимназии, в 1870 г. поступил в Пажеский Его Императорского Величества корпус, где получил блестящее по тем временам военное и общее образование.
В 1878 г. состоялась знаменательная и многое предрешившая в последующей жизни Л.М. Чичагова встреча его с великим пастырем Русской Церкви св. праведным Иоанном Кронштадтским, который разрешил почти все нравственные и религиозные вопросы, мучившие молодого офицера, и стал для него непререкаемым духовным авторитетом.
Весной следующего года 23-летний поручик Леонид Чичагов вступил в брак с дочерью камергера Двора Его Императорского Величества Натальей Николаевной Дохтуровой. Казалось бы, что дальнейшая судьба этого блестящего русского аристократа уже предопределена. Но ни успешное продвижение по ступеням военной иерархии (уже в 1882 г. штабс-капитан Л.М. Чичагов был удостоен 10 российских и иностранных орденов), ни благополучно складывающаяся семейная жизнь, ни научная работа по военной теории и медицине (будущий святитель был автором фундаментального двухтомного труда по фитотерапии «Медицинские беседы»), ничто не могло удовлетворить его ищущей высшего смысла души.
34-х лет Л.М. Чичагов в чине гвардии капитана увольняется в отставку и по благословению св. Иоанна Кронштадтского начинает готовиться к пастырскому служению.
26 февраля 1893 г. в Московском Синодальном храме Двунадесяти апостолов будущий святитель был рукоположен в сан дьякона, а через 2 дня в той же церкви — в сан иерея. Испытания первого года священнического служения отца Леонида, связанные с разрывом с родной военно-аристократической средой и с психологически сложным вхождением в незнакомые условия жизни духовенства, усугублялись неожиданной тяжелой болезнью супруги, матушки Натальи, которая привела ее к безвременной кончине в 1895 г. На попечении овдовевшего священника остались четыре дочери, старшей из которых было 15, а младшей — 9 лет. Но о. Леонид не стал унывать и отчаиваться: духовное укрепление и нравственную поддержку он находит, с одной стороны, в общении со своим духовным наставником, св. праведным Иоанном Кронштадтским, с другой — в работе над составлением «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря», открывшей ему не только историю одной из замечательнейших монашеских обителей России, но и монашеские подвиги одного из величайших подвижников Православия — преподобного Серафима Саровского.
Весна 1898г. стала временем принятия о. Леонидом Чичаговым окончательного решения о своей дальнейшей судьбе. Оставив своих повзрослевших дочерей на попечение доверенных лиц, он получил отставку из военно-морского духовного ведомства, клириком которого состоял, и летом того же года был зачислен в число братии Свято-Троице-Сергиевой Лавры. При пострижении в мантию о. Леониду нарекли имя «Серафим».
Вскоре иеромонах Серафим (Чичагов) указом Святейшего Синода был назначен настоятелем Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря с возведением в сан архимандрита. Не смотря на то, что настоятельское служение требовало предельной самоотдачи, архимандрит Серафим находил время и силы продолжать ставшей одним из главных дел его жизни подготовку канонизации преподобного Серафима Саровского, которая состоялась в 1903 г. Окончательным вкладом будущего исповедника Христова в прославление великого русского подвижника стал составленный им замечательный акафист преподобному.
28 апреля 1905 г. в Успенском Соборе Московского Кремля будущим священномучеником митрополитом Московским Владимиром (Богоявленским)в сослужении двух епископов была совершена хиротония другого будущего священномученика, архимандрита Серафима (Чичагова) в епископа Сухумского. «Небезызвестны мне обязанности епископа и сопряженные с этим саном скорби, — говорил святитель Серафим в слове при своем наречении во епископа, — не епископам ли прежде всех сказал Иисус Христос в лице Своих Апостолов: «В мире скорбны будете, якоже от мира несте, но Аз избрал вы от мира, сего ради ненавидит вас мир»(Ин. 6,33)?»
Началось скорбное и многотрудное архипастырское служение владыки Серафима, выпавшее на эпоху революционных смут, внутрицерковных нестроений и жесточайших гонений на истинных последователей Христа.
В предреволюционные годы епископ, а затем уже архиепископ, Серафим (Чичагов) занимал поочередно Сухумскую, Орловскую, Кишиневскую и, наконец, Тверскую кафедры.
При этом он понимал, что одни лишь внешне-политические меры не способны исцелить запущенной болезни. Являясь духовным чадом великого молитвенника св. праведного Иоанна Кронштадтского, святитель Серафим видел избавление от всех, в том числе и внешних зол, в возрождении истинной христианской духовности, следствием упадка которой и являются все социально-политические катастрофы. «Непрестанно молитеся», — вот заповедь Апостольская и данная не одним монахам, а и пастырям и всем христианам, — подчеркивал святитель... Высшая академия для пастыря — это угол, в котором висит икона и теплится лампада.»
Такая позиция Тверского архипастыря стала причиной того, что сразу после Октябрьского переворота он оказался первой жертвой кощунственного сговора вероотступников из духовенства с богоборческой властью, которая с первого дня своего существования не скрывала своей ненависти к святителю Серафиму как «церковному мракобесу и черносотенцу». 28 декабря 1917 г. Вероисповеднический отдел Тверского губисполкома Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов выдал предписание о высылке архиепископа Серафима из Тверской губернии.
Зная о ненависти большевиков к святителю Серафиму и желая уберечь его от бесчинной расправы, Святейший патриарх Тихон за несколько дней до разгона Поместного Собора Русской Православной Церкви успел принять на заседании Священного Синода решение о назначении владыки Серафима на Варшавскую и Привисленскую кафедру, находившуюся на территории Польши, свободной от советской власти. Но разраставшаяся гражданская война и начавшаяся вскоре советско-польская война сделали физически невозможным отъезд святителя во вверенную ему епархию.
Тем временем, в результате совершенно фантастических по своей нелепости обвинений, 24 июня 1921 г. ничего не подозревавшему о грозившей ему опасности, уже возведенному в мирополиты, владыке Серафиму был вынесен первый в его жизни официальный приговор, принятый на проходившем без его присутствия заседании судебной тройки ВЧК и постановивший «заключить гражданина Чичагова в Архангельский конц­лагерь сроком на два года.» И лишь в связи со старческим возрастом и крайне болезненным состоянием здоровья заключение в концлагерь было, в конце концов, заменено ссылкой в Архангельскую область.
После непродолжительных скитаний гонимый архипастырь обрел для себя временный приют в Воскресенском Федоровском монастыре. Здесь владыка Серафим продолжил работу над второй частью «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря», которая до революции не была допущена к печати цензурой, а впоследствии была изъята при очередном обыске чекистами. Одновременно это были годы глубоких раздумий святителя о судьбах Церкви в России и о путях его собственного церковного служения.
Результатом этих раздумий стало искреннее убеждение мудрого, уже 70-летнего, архипастыря в том, что на этом роковом рубеже Русской Церковной истории, не смотря на разрушение прежней государственности, покровительствующей Православию, Церковь тем не менее должна делать все возможное для открытого служения в России, для открытого благовестия Христовой Истины.
В 1933 г. отдавший все силы архипастырскому служению 77-летний святитель Серафим в связи с тяжелым состоянием здоровья и ввиду все возраставшей ненависти к нему государственной власти, делавшей вероятным новый арест, был уволен на покой. Промысл Божий вновь давал своему верному служителю несколько лет внешне спокойной жизни, чтобы он смог подготовиться к своему последнему и самому главному подвигу — мученической смерти за Христа.
В ноябре 1937 года, ставшего роковым для многих наших соотечественников, уже окончательно прикованный к постели 81-летний священномученик Серафим (Чичагов) был арестован сотрудниками НКВД. Из-за невозможности его перевоза в арестантской машине, святитель был доставлен в Таганскую тюрьму в машине «скорой помощи». Страшная гибель владыки была уже предрешена, но новоявленные гонители Церкви хотели добиться не только физического уничтожения Ее верного и преданного сына, но и сломить его крепкий и мужественный дух, заставить его отказаться от своего нравственного достоинства.
Несколько недель физически беспомощный, умиравший старец с величием первохристианского мученика противостоял самым немыслимым и безумным обвинениям, так и не признав ни одного из них. 7 декабря 1937 г. «тройка» НКВД по Московской области приняла постановление о расстреле митрополита Серафима. Через 4 дня, 11 декабря 1937 г. этот приговор был приведен в исполнение в находящейся недалеко от Москвы деревне Бутово, в которой обнесенная глухим забором дубовая роща стала кладбищем многих тысяч безвинных жертв антихристианского режима. Пережив все ужасы своей трагической эпохи и завершив свой исповеднический подвиг страшной, но благородной смертью, священномученик Серафим (Чичагов) стал обладателем того бесценного вечного сокровища, к обладанию которым он стремился всю свою жизнь. «Все мы люди, — писал в свое время святитель одному из своих духовных чад, — и нельзя, чтобы житейское море не пенилось своими срамотами, грязь не всплывала бы наружу и этим не очищалась бы глубина целой стихии... Не видеть этого зла нельзя; но вполне возможно не допускать, чтобы оно не отвлекало от Божией правды. Да, оно ужасно по своим проявлениям, но как несчастны те, которые ему подчиняются. Ведь мы не отказываемся изучать истину и слушать умных людей, потому, что существуют среди нас сумасшедшие... Такие факты не отвращают нас от жизни; следовательно, с пути правды и добра не должно нас сбивать то, что временами сила зла проявляет свое земное могущество. Бог поругаем не бывает, а человек — что посеет, то и пожнет. Учись внутренней молитве, чтобы она не была замечена по твоей внешности и никого не смущала. Чем более мы заняты внутренней молитвой, тем полнее, разумнее и отраднее наша жизнь вообще. Молящийся внутренне, смотрит на все внешнее равнодушно, ибо эта молитва не умственная, а сердечная, отделяющая от поверхности земли и приближающая к Невидимому Небу».
 
 
 
Другие новости по теме:

  • Священномученик Серафим (Чичагов)
  • Преподобный Серафим Саровский
  • Феномен святости
  • Старец Серафим (Вырицкий)
  • Моление на камне преподобного Серафима Саровского




  •  
      Просмотрено: 1468 раз Просмотров: 1468 автор: and 7 февраля 2014 Напечатать Комментарии (0)